Forbes: Не до Jira: Wildberries разработала IT-сервис для управления IT-проектами

Объединенная компания Wildberries & Russ (RWB, основной владелец — миллиардер Татьяна Ким) начала использовать собственную платформу Tracker для автоматизации проектного управления и процессинга задач, аналогичную сервисам Jira и YouTrack, покинувшим российский рынок, узнал Forbes. Инвестиции на создание и развитие подобной системы исчисляются сотнями миллионов рублей в течение нескольких лет. В случае вывода сервиса на рынок, по мнению его участников, RWB сможет не только окупить инвестиции, но и заработать, захватив до 10% в своем сегменте, хотя компании придется конкурировать с целым рядом российских продуктов, в том числе от «Яндекса»

Один из множества

О том, что RWB развивает собственную платформу для управления IT-проектами под названием Tracker, говорится в тексте объявления о вакансии бизнес-аналитика, опубликованном на HeadHunter 16 апреля. В этом сообщении, а также в архивном февральском объявлении о вакансии разработчика в этом проекте говорилось, что Tracker предполагается не только использовать в RWB, но и поставлять «на рынок программного обеспечения в качестве SaaS-решения» в таких классах ПО, как системы управления проектами и таск-трекеры.

После того, как Forbes направил запрос в пресс-службу RWB, информация о планах по выводу системы на рынок ПО была удалена из описания актуальной вакансии. Представитель компании не уточнил, почему текст объявления изменился. «Tracker — это внутренняя платформа RWB для автоматизации проектного управления и процессинга задач. Сейчас сервис активно используется для внутренних нужд компании. Планов вывода продукта на внешний рынок в данный момент нет», — сообщили Forbes в RWB.

65% ООО «РВБ» принадлежит ООО «Вайлдберриз» Татьяны Ким. На 21 апреля она занимает 449-ю строчку глобального рейтинга Forbes The World’s Real-Time Billionaires с состоянием $8,1 млрд. 35% РВБ принадлежит «ООО Стинн», которое возглавляет Роберт Мирзоян, CEO РВБ и генеральный директор Russ. По итогам 2025 года оборот RWB составил 6,1 трлн рублей, что на 49% больше результата 2024 года. Компания получила чистую прибыль в размере 175 млрд рублей. Ее инвестиции в логистическую, IT-инфраструктуру, а также в новые проекты и направления превысили 310 млрд рублей.

Платформа Tracker, которую разработала RWB, по своему функционалу повторяет сервисы Jira и YouTrack, рассказал собеседник Forbes, знакомый с ситуацией. Разработчик Jira, компания Atlassian, доминировал на российском рынке до 2022 года, отмечает директор по информационным технологиям Sitronics Group Алексей Кирьянов. 3 марта 2022 года Atlassian поставила на паузу продажу новых лицензий в России и Белоруссии, а с 31 октября объявила о сворачивании там бизнеса. В России остаются пользователи серверной (on-premise) версии Jira, не получающие официальную техподдержку и обновления, говорит руководитель сервиса Moo Team Александр Алаев. Пользование YouTrack (разработчик JetBrains), по его словам, возможно в России при оплате иностранной банковской картой. У YouTrack никогда не было в России большой доли, а сейчас она сократилась до 10%, оценивает сооснователь компании «МойОфис» Дмитрий Комиссаров.

Решение Atlassian о сворачивании бизнеса в России стало ключевым триггером для ускоренного перехода российских заказчиков на локальные альтернативы, рассказывает Кирьянов: «Уже по итогам 2024 года доля российских компаний в сегменте таск-трекеров достигала 70%. Прирост доли российских продуктов с 2022 года составил 30–45%». «Если раньше все крутилось вокруг Jira и YouTrack, то сейчас отечественных решений уже не просто несколько — их десятки», — отметил директор по технологиям «Софтлайн Решения» (ГК Softline) Роман Инюшкин. По его словам, среди них разработки «Яндекса», 1С, Naumen, ITG, «Лансофт», «Кайтен Софтвер».

Кроме того, свои продукты производят крупные заказчики и интеграторы, к примеру, «Ростелеком», отмечает руководитель практики комплексной цифровизации процессов Naumen Никита Кардашин. По его оценке, объем рынка управления проектами в 2025 году составил от 3,5 млрд до 4 млрд рублей в годовой выручке. Медианный рост выручки производителей информационных систем управления проектами в 2025 году составил 30% по отношению к 2024 году, приводит Кардашин данные исследования Naumen.

Рынок систем управления задачами и проектами в России продолжает активно развиваться на фоне роста спроса на цифровизацию рабочих процессов и перехода компаний к единой среде управления, замечает представитель «Яндекса». «Яндекс Трекер» «укрепляет позиции как один из лидеров рынка» — за последний год количество подключенных клиентов выросло в 1,7 раза, сообщили в компании.

Своя рубашка ближе к телу

RWB решила разработать собственную систему управления проектами и трекинга задач из-за дороговизны покупки лицензий на ПО, считают эксперты. Готовые системы не всегда можно доработать, кастомизировать, а с развитием вайбкодинга, разработки ПО с помощью ИИ-инструментов, создать систему с нуля быстрее и дешевле, полагает генеральный директор CraftTalk Денис Петухов. У Wildberries есть все необходимые компетенции для создания собственного продукта, максимально отвечающего требованиям бизнеса: и кастомная разработка, и low-code автоматизация, и Jira-экспертиза, добавляет Кирьянов. Общий бюджет подобного проекта на несколько тысяч пользователей может составлять 200–700 млн рублей за полтора-три года, полагает он.

Tracker для Wildberries — прежде всего внутренний продукт, напоминает гендиректор «INFOLine-Аналитики» Михаил Бурмистров. Компании с развитой IT-командой «удобнее, безопаснее и значительно дешевле» сделать такую платформу под себя, чем покупать коробочное решение и потом годами подгонять его под свои процессы, считает он.

«В случае RWB ключевая логика именно в масштабе: инструмент должен быть масштабируемым под разные бизнесы, команды и процессы внутри экосистемы,- рассуждает эксперт. — В апрельской вакансии Tracker описан как платформа для стандартизации и автоматизации управления проектами и процессинга задач, единое пространство для всех проектов внутри RWB. Покупка готового ПО на рынке хорошо работает там, где процессы типовые. Но у Wildberries другой масштаб: много процессов и смежных команд, высокая скорость изменений, чувствительные данные, внутренние справочники, роли, интеграции, IT-инфраструктура, требования к доступам и безопасности. В такой ситуации собственная разработка часто оказывается гораздо более эффективной по совокупной стоимости жизненного цикла».

Стоимость создания аналогичной платформы Бурмистров оценивает в сумму не менее 150 млн рублей. «Если говорить о промышленной платформе для крупной компании, с безопасностью, миграцией данных, аналитикой, API, мобильным контуром и поддержкой, то она может составить не менее 300–400 млн рублей на горизонте двух лет. Это не только разработчики, это продуктовая команда, аналитики, тестирование, DevOps, инфраструктура, информационная безопасность и внедрение», — перечисляет аналитик.

Как поясняет директор по развитию веб-технологий Artezio (входит в группу «Ланит») Сергей Матусевич, корпоративная лицензия Jira или ServiceNow для нескольких тысяч пользователей стоила бы от 10 млн до 20 млн рублей в год только на подписку. «Помимо этого, были бы затраты на внедрение, интеграцию с внутренними системами, кастомизацию и поддержку. Через три-четыре года своя разработка начинает окупаться. А если платформу еще и выводить на рынок (что Wildberries, судя по всему, планирует), она превращается из статьи расходов в источник дохода», — отмечает Матусевич.

«Задача нетривиальная»

Однако между внутренней системой и успешным внешним SaaS-продуктом большая дистанция, предупреждает CEO и сооснователь сервиса Weeek Инга Скерсь. «Для рынка важны зрелый UX, быстрый онбординг, поддержка, партнерская экосистема, интеграции и понятное позиционирование. Поэтому сам факт появления трекера скорее говорит о стремлении Wildberries закрыть внутренние задачи и снизить зависимость от стороннего ПО. А перспективы на внешнем рынке будут зависеть от того, сможет ли продукт предложить компаниям ценность лучше или заметно дешевле уже существующих решений», — размышляет она.

По ее словам, стоимость разработки платформы такого класса обычно начинается с десятков миллионов рублей, если речь об инструменте для внутренних процессов. «Если же компания хочет вывести его на внешний рынок как зрелый SaaS-продукт, бюджет может составлять сотни миллионов рублей с учетом архитектуры, безопасности, отказоустойчивости, поддержки, продаж и постоянного развития», — полагает она. На российском рынке уже есть сильные игроки в разных сегментах — от универсальных экосистем и enterprise-решений до более гибких task/project management платформ, поэтому занять заметную долю быстро будет сложно, считает Скерсь. По ее мнению, реалистичный сценарий для нового игрока — сначала доказать эффективность на собственном контуре, затем тестировать внешний спрос на понятной нише.

Сейчас наблюдается повсеместный тренд: промышленные компании, крупные банки и другие игроки сначала создают продукт для себя, а потом пробуют вывести его на рынок, отмечает Роман Инюшкин. «Если Tracker действительно задумывается как внешний продукт, Wildberries фактически выходит на рынок, где уже есть сильные игроки. Это зрелый, конкурентный сегмент с высокой инерцией пользователей. Занять заметную долю такого рынка с нуля — задача нетривиальная», — считает он. Конкурировать на открытом рынке с независимыми игроками будет сложно, соглашается директор департамента «Оптовая и розничная торговля» «Рексофт» Роман Соколов. «При активном продвижении новичок без уникальных свойств продукта вряд ли отвоюет более 5–10% рынка в среднесрочной перспективе. Логичнее развивать собственный форк одного из открытых решений или углубить партнерство с существующим вендором», — размышляет он.

«Если Wildberries все-таки выйдет на рынок с SaaS-версией, реалистичный сценарий — занять 5–10% рынка корпоративных систем управления проектами в горизонте трех-пяти лет, — рассуждает Матусевич. — Это немало, если учитывать, что сам рынок активно растет: только выручка ведущих российских таск-трекеров за 2024 год выросла на 30–70% в зависимости от игрока. Но для этого нужен отдельный бизнес под продукт — со своей командой продаж, внедрения, поддержки. Просто открыть доступ к внутреннему инструменту и ждать клиентов не получится».

«Наиболее зрелые решения на глобальном рынке — Microsoft Project или продукты Atlassian — разрабатываются десятилетиями, в них инвестированы многие десятки миллионов долларов, — замечает Кардашин. — Российские игроки тоже имеют очень развитые решения, и на то, чтобы догнать их, потребуется значительное время, несмотря на все ресурсы RWB. Кроме того, RWB не обладает профильной компетенцией развития IT-продуктов для бизнеса, что может оказаться высоким рисковым фактором. В прошлые годы мы видели много попыток выйти на рынок B2B-Enterprise программного обеспечения от крупных игроков рынка В2С, таких как „Яндекс“ или VK, но результаты, скажем прямо, скромные. Не думаю, что здесь будут большие отличия».

Представитель Ozon не стал комментировать разработку и планы RWB. «В Ozon при выборе между покупкой готового решения и собственной разработкой мы исходим из стратегической важности продукта и конкретной задачи. Все критически важные системы, от которых напрямую зависит работа платформы для миллионов пользователей, мы разрабатываем внутри компании. Это позволяет гарантировать технологический суверенитет, масштабируемость и скорость изменений», — отметили в Ozon. В «Яндекс Маркете» отказались от комментариев.

Фото: Fordes